Не дай вам Бог жить в эпоху перемен

Вот так вот сидишь себе дома, никого не трогаешь, и не знаешь, что тебя уже продали. Это я об ипотеке говорю. Пять лет вносить платежи без единой просрочки и до последнего пункта исполнять кредитный договор – этого вовсе недостаточно, если банк вдруг решил «сменить свою модель бизнеса». Во всяком случае, именно так сказала мне телефонная девочка, когда сообщила новость, что мы с женой уже не клиенты НРБ, а клиенты банка Петрокоммерц. «Йооо!», – сказал себе я и пошел на сайт Петрокоммерца, чтобы оценить потери. Почему-то я сразу был твердо уверен, что после продажи лучше не будет. Нет, кредитный договор, естественно, остается без изменений. Но ведь есть и куча сопутствующих вещей. Сколько стоит справка для налоговой? Сколько возьмет банк за конвертацию рублей для твоего валютного взноса? А не взбредет ли им в голову брать комиссию за зачисление рублей на твой текущий счет? Когда ты выбираешь банк для ипотеки, ты можешь все эти вопросы выяснить заранее. Когда тебя продают – ты все узнаешь постфактум. Пока я был клиентом НРБ, все мое общение с банком сводилось к одному посещению в год. В январе я звонил в банк, чтобы заказать бесплатную справку для налогового вычета, и через три дня приезжал в офис, чтобы ее забрать. Это все. Платежи по ипотеке я гнал в НРБ безналом с расчетной карточки в другом банке, а НРБ сам конвертировал полученные рубли в нужные доллары по совершенно замечательному курсу. После этого все списывалось, и лишь раз в пару месяцев я делал контрольный звонок, чтобы убедиться, что все в порядке. После изучения тарифов Петрокоммерца выяснилось – такая халява мне больше не светит. Во-первых, когда я увидел курс обмена, моя рука сразу непроизвольно потянулась к лысине, чтобы ее почесать. Оформление поручения банку на конвертацию стоило денег, и они списывались всегда (даже если ты этой услугой в текущем месяце не пользовался). Таким образом, я сразу понял, что двадцать первый век на дворе – это не для меня, что на дворе теперь снова век двадцатый, и теперь мне придется каждый месяц носить свои трудовые баксы в банк ногами. С ногами тоже были сложности, вернее, не с ногами, а с тем фактом, что банк по субботам не работает, а в будни все отделения, кроме центрального, работают до 17-45. Впрочем, хватит об этом, ведь, во-первых, условия обслуживания в НР не оцениваются, а во-вторых, это были лишь милые глазу цветочки. Ягодки начались немного позже, когда я понял, что и с двадцатым веком я погорячился, а на самом деле, пожалуй, на дворе уже век девятнадцатый. Деньги для текущего платежа я внес заранее, почти за месяц до даты платежа. Как вносил – это отдельная история. «У вас неправильная дата выдачи паспорта, я не могу принять у вас деньги!», – категорически заявила мне кассир. Мне тоже, конечно, не очень нравится дата выдачи 13-е число (я несколько суеверный), но я живу с этим паспортом уже много лет и в других банках с этим проблем как-то не возникало. «Может быть, с паспортом все-таки все в порядке, а проблема у Вас?» – мягко поинтересовался я. Оказывается, нет. Проблема явно была у меня. Я был должен зачем-то идти из кассы обратно к операционисту, показывать ей паспорт и просить «исправить дату выдачи». Уже принятые $1800 назад кассир мне не отдала, приходный кассовый ордер об их приеме не отдала тоже – «Ну я же не могу его исполнить!». Вот так вот шел и думал – а ну как вернусь назад, а касса уже закрыта, и никакого кассира там нет?.. У кого тогда деньги требовать?.. А в мозгу картина крутилась, как операционист сейчас возьмет ручку и начнет «исправлять дату выдачи» прямо в моем паспорте. Но ничего, пронесло... 31 октября, в день списания, в выписке ничего не изменилось – мои деньги явно никого не интересовали. Это было ожидаемо – практически все банки списывают платежи автоматически на следующий день вчерашней датой. Но, когда я увидел, что и в обед 1-го числа ничего не меняется, я решил позвонить в банк и все выяснить. Где гарантия, что через месяц-другой не выяснится – оказывается, «я не написал» какую-нибудь бумажку с заявлением на безакцептное списание, и бедный несчастный банк ну никак не мог без этой бумажки списать деньги за ипотечный платеж, и теперь у меня просрочка, пеня и черная метка в БКИ? Меня переключали на разных специалистов несколько раз. «А-а-а, так вы из НРБ?» – с облегчением говорили сотрудники банка и быстро переключали снова. В результате я получил несколько затейливых вариантов с объяснением происходящего. 1) «У нас еще не закрыт операционный день». Вы знаете, я сам работаю в банке, и если у нас до обеда не закрыт вчерашний день – это аврал. А если он не закрыт в шесть часов вечера – это, извините, катастрофа, и на объяснительные записки у разных сотрудников уйдет, как минимум, килограмм бумаги. В любом случае, это никак не должно касаться клиента. Закрывайте свой день хоть через месяц, но если клиент пришел за выпиской – будьте добры выдать ее ему, и немедленно! 2) «У нас не урегулированы остатки». Я не понимаю, чьи остатки у вас не урегулированы, и почему из-за этого я фактически становлюсь задолжником по своему кредиту! 3) «НРБ еще не перевел нам деньги в погашение задолженности». Это вообще без комментариев. Какие такие деньги? Причем тут я? Мои деньги лежат у вас на счете, списывайте! 4) «У нас программа глючит, ее для НРБ еще не отладили, и автоматически списание пока не идет». Знаете, мне глубоко пофиг, что и где у кого «идет» или «не идет». Я совершенно не возражаю, если по моему кредиту будут сделаны персональные индивидуальные проводки без всяких там ваших новомодных программ. Тем более, что мы все-таки в девятнадцатом веке, а не в двадцать первом. Когда к вечеру стало понятно, что сегодня ничего так и не изменится, я сильно напрягся и пошел в банк. Если у них такие проблемы с исполнением текущего платежа, то что же было месяц назад? Прошлый платеж НРБ перевел для погашения уже в Петрокоммерц, и никаких следов в никаких выписках у меня не было. Что с этими деньгами? Где они? «Какая у меня сейчас задолженность на ссудном счете?» – спросил я операционистку. «Точно не могу сказать, – смутилась операционистка. – У нас с НРБ информация сбоит. Цифра есть, но я не знаю, насколько она точная». «Называйте», – попросил я. Операционистка назвала цифру и с надеждой посмотрела на меня – «Похоже?» Да, это было похоже. Похоже на то, что после перевода моего кредита в Петрокоммерц уже два погашения не прошли, как надо, и что проценты тупо считались на старый остаток долга (но пени за просрочку пока что не было). Вот после этого я понял, что пора уже действовать серьезно. Через двадцать минут была написана и отдана операционисту соответствующая бумага, а я заботливо убрал в свой портфель ее копию со штампом о приеме. Через три дня ситуация была исправлена. Так что пока все вроде бы нормально (отчет БКИ за этот год я пока не проверял). Сейчас сижу и мрачно размышляю, пытаясь понять – нужно ли мне будет в следующем месяце снова подавать претензию, или уже так обойдется? Вы знаете, уважаемые, забрать себе чужие кредиты – этого мало. Нужно еще и уметь их обслуживать. Не исполнить клиентский платеж и не выдать об этом выписку на утро следующего дня – за это, знаете ли, и лицензии можно лишиться. Я, конечно, понимаю, что положение раба-ипотечника хуже, чем положение крепостного крестьянина – у тех хотя бы был Юрьев день. Но, к счастью, есть банки, которые рефинансируют чужие кредиты и без согласия банка-кредитора (Петрокоммерц такое согласие не дает, о чем мне любезно сообщил начальник ипотечного центра) – например, ВТБ24, Собинбанк, Газпромбанк, Юникредит. Сижу вот сейчас и внимательно про них отзывы читаю. Не хотелось бы снова вляпаться.