Будем разборчивее в связях

Надо сказать, что в московском отделении Промсвязьбанка на Южной довольно долго отсутствовала интимная кабинка, предназначенная для встреч и расставаний клиентов с любимыми дензнаками. Потом, видимо, по просьбам юриков и физиков эта неотъемлемая часть любого приличного банка все-таки появилась и там. Недавно (20 января) мне понадобилось положить на короткий срок вполне приличную сумму денег. Территориально-ситуативно это было удобно сделать в Промсвязьбанке на Южной. Сотрудницу звали Марина. Отчества у нее не было. Не хочу ничего говорить про возраст, но, по-моему, отчество ей было бы к лицу. Табличка с именем ее не украшала. Выглядела Марина не очень приветливо. Первым делом, она сообщила, что мне следует заключить с банком комплексный договор. На ум сразу пришел комплексный обед, который при всей своей экономической целесообразности подразумевает наличие для посетителя некой неукомплектованной альтернативы. Однако кому интересны ваши некомплексные планы в банке? В банке аппетит принадлежит не клиенту. Конечно, договор включает 10 лет моего непрерывного согласия на разбазаривание моих персональных данных, как в рекламных целях, так и в пользу пресловутых третьих лиц. Хотя никаких кредитов я не беру и не собираюсь, всего лишь короткий вклад принесла. Тем не менее, презумпции невиновности в этом вопросе здесь, как и в других банках, не существует. Собственно, это все так, к слову. Я не перерекаюсь. Комплексный договор распечатывается. Ну, комплексный, так комплексный. Замечаю, что клиент рядом попытался войти в кассу и тут же ретировался к открытому всем взорам кассовому окну рядом. - А что, кассовая кабина в качестве кассы не работает? – спросила я, догадываясь об ответе. - Да, - сказала Марина. - Компьютер сломался. Мне расхотелось расставаться здесь с деньгами. Сегодня я их принародно отдаю, а потом придется ненароком так же публично получать. Я высказала Марине свои сомнения о смутном желании покинуть этот банк. В принципе, меня бы устроило, если б она ответила что-нибудь типа: «Не беспокойтесь. Это решаемый вопрос.» Нет, она не сказала, что он решаемый. Она с кислым видом позвонила по телефону. Спросила у кассира, не заработал ли компьютер, и попросила ей перезвонить. Изобразив, что она что-то сделала, Марина продолжила оформление моего комплексного договора и выдала мне новоиспеченную карту unimbossed. Я ей сказала, что мне пока карта не нужна. Меня интересует работа кассы. Марина с плохо скрываемым неудовольствием пошла в кассу. Дальше было совсем интересно. Я ни в одном банке никогда не сталкивалась с ситуацией, когда беседа в кассовой кабине через микрофон была дословно слышна в операционном зале. Микрофон работал в режиме оповещения всех присутствующих о моих притязаниях. Присутствующие стали на меня оглядываться. Всем как бы объяснили, что я пришла в банк с деньгами и собираюсь с ними его покинуть. Громкая связь была последней каплей. Терпение мое кончилось, я пошла в кабинку поучаствовать в беседе, попросила выключить микрофон и однозначно сообщила, что ухожу. Марина меня задержала, сказав, что карта на меня уже оформлена, и теперь надо все доподписать: - Если вы пойдете в другое отделение Промсвязьбанка, она вам пригодится. Интересно, я похожа на ненормальную, которая будет метаться по городу между отделениями этого единственного в столице банка, который мне так нестерпимо понравился? Банков полно и рядом, и через дорогу. Я попросила карту уничтожить. Марина ее разрезала и предложила мне взять на память останки. От останков я отказалась. Вклад был сделан через 15 минут в другом банке. Резюме: клиентоориентированность Промсвязьбанка равна нулю. Кстати, я вчера проходила мимо. Нужен был банкомат. За стеклянной стеной отделения клиенты стояли у открытой всему миру кассы. Видимо, компьютер продолжает болеть, а с ним и все отделение.