Невыносимая легкость бытия (История нелояльного самурая)

[B]Пролог. Взгляд из прошлого.[/B] Сентябрь, 2002 год. A.D. Банк Москвы проводит реконструкцию здания Сочинского филиала. Автор отзыва работает в качестве руководителя проекта по внедрению одной из инженерных систем здания. Данный момент, без преувеличения, можно считать отправной точкой в формировании отношений между Сочинским филиалом Банка Москвы, с одной стороны, и мной, как частным лицом, с другой. Все работники компании, в которой я тогда работал, также открыли счета в Банке Москвы. Что можно сказать о наших отношениях… Пожалуй, только хорошее. Банк выполнял свои обязательства безукоризненно. Я старался не отставать, регулярно пополняя свои депозиты. Июль, 2004 год. A.D. Но время бежит и рост личного благосостояния, вкупе с развитием профессиональных навыков приводит к необходимости несколько изменить статус, а именно: открыть в Сочинском филиале Банка Москвы расчетный счет для осуществления индивидуально-предпринимательской деятельности. Процесс открытия счета не вызвал никаких проблем, отношение персонала операционного отдела приятно порадовало и, забегая вперед, скажу, что не разочаровало и по сей день. Читающие этот отзыв в настоящий момент могут спросить, а к чему вообще здесь все эти речи? Минуту терпения и, надеюсь, все станет ясно. Этой краткой исторической справкой я хотел пояснить, что в течение 4 лет в качестве частного лица и 2 лет в качестве ИП никаких проблем в моих отношениях с Банком Москвы (его Сочинским филиалом, если быть точным) не возникало. [B]Глава 1. Бойцовский клуб, или утерянная рукопись[/B] Так сложилось, что в году 2006 от Р.Х. мне пришлось приехать в город Санкт-Петербург. Причина приезда – долгосрочная рабочая командировка. Представитель компании, пригласившей меня на работу, любезно позаботился о размещении на служебной квартире, вручил оформленную на 1 год временную регистрацию и откланялся. Дела потихоньку двигались, и вот понадобилось открыть расчетный счет в местном банке. Выбор, разумеется, пал на Банк Москвы, прочно завоевавший мое доверие. Потратив около 40 минут, добираюсь до отделения на Лиговском пр.,108а. Охранник указывает, как пройти в операционный отдел. Попадая в незнакомую обстановку всегда пытаешься сориентироваться. С этой целью обращаюсь к сотруднице банка, сидящей за столом, сразу слева от входа. На мой вопрос: «Где я могу открыть счет?» следует кивок головой в сторону. Проследив направление взгляда, обнаруживаю сидящую за столом женщину. Табличка на столе гласит: «Заместитель начальника операционного отдела» Васильева Светлана Анатольевна». На мой вопрос об открытии счета, удивленно взглянув, отправляет… обратно к той же сотруднице. Слегка удивившись, в свою очередь, возвращаюсь к истокам и в результате, повторив вопрос и, дождавшись его осмысления сотрудницей (специалист Саар Юлия Дмитриевна), получаю на руки список документов, необходимых для открытия расчетного счета. Внимательно изучив, обнаруживаю, что необходимо предоставить в банк т.н. «копию письма Госкомстата о присвоении квалификационных кодов». Зная, что у меня такой документ отсутствует, задаю вопрос, как выйти из сложившейся ситуации? В результате приходится снова переместиться к столу зам.начальника отдела и выслушать заверение о том, что наверняка такой документ у меня есть, иначе бы мне и в сочинском филиале счет не открыли. И что самое важное – без подобного документа мне даже и подходить не стоит – счет открыт не будет ни при каких обстоятельствах. Озадаченный, отправляюсь домой. На следующий день, затратив около получаса на междугородные переговоры с филиалом Банка Москвы в Сочи, выясняю, что для открытия расчетного счета индивидуальному предпринимателю никаких писем из Госкомстата не требуется уже несколько лет! А последний раз такое требование сочинский филиал Банка Москвы предъявлял своим клиентам в 2002 году! Обрадованный, звоню в отделение банка на Лиговском. К телефону подходит Юлия Дмитриевна и после моих объяснений предлагает мне подъехать в банк и на месте разобраться с возникшей проблемой. Следующий визит в банк состоялся через три дня. Размышляя о причинах, препятствующих открытию счета, вхожу и направляюсь в операционный отдел. Вернее, пытаюсь направиться, поскольку сбоку раздается громкое: «Слушаю Вас!». С удивлением обнаруживаю рядом молодого человека, с интересом меня разглядывающего. Пытаюсь объяснить ему, что я его ни о чем не спрашивал и уточняю, а меня ли вообще он слушает? После непродолжительного ступора следует вопрос: «В юрлиц что ли?». Этот термин, после непродолжительной дешифровки, мне удается перевести, понять и кивнуть утвердительно в ответ, параллельно осознавая, что вопрос задан охранником. Поскольку я ничего не захотел рассказывать, то интерес ко мне потерян и появляется возможность проследовать по назначению. Исполненный надежд подхожу к столу Юлии Дмитриевны…чтобы уже через секунду переместиться к рабочему месту Светланы Анатольевны. Пытаюсь объяснить ситуацию, снова пытаюсь объяснить, и снова… Да в чем же дело? А дело в том, что все мои попытки прерываются на первом слове. Светлана Анатольевна с упорством, достойным лучшего применения, перечисляет мне список документов, необходимых для открытия счета. Несмотря на то, что этот список находится у меня в руках. Все ссылки на информацию, полученную из Сочинского филиала, моментально пресекаются. Наиболее частые фразы, употребляющиеся при этом: «чепуха, не может такого быть», «вы все не так поняли», «это просто бред», «кому вы это рассказываете» и т.п. В процессе разговора начинаю испытывать сильное дежа вю. Такое ощущение, что происходящее со мной я уже где-то видел. Вскоре приходит ответ…Конечно же, не видел, но слышал фразу, как нельзя лучше описывающую происходящее. Если кто читал «Бойцовский клуб» Чака Паланика, то может вспомнить, как персонажи говорят о таких людях «они тебя не слушают, а просто ждут своей очереди заговорить». Подозреваю, что Чак пытался открыть счет в том же отделении, что и я. Итог разговора: Светлана Анатольевна рекомендует мне воспользоваться услугами оставшихся в Сочи знакомых и получить злосчастное письмо Госкомстата. Поскольку дальше разговор не двигается, откланиваюсь и ухожу. Проходит еще три дня. Мои сочинские коллеги, обратившись в местное отделение Госкомстата, выясняют… что подобные письма не выдаются уже более года! Информация предоставлена начальником отделения по статистике. А выдачей подобных документов теперь, как выясняется, занимается налоговая инспекция да и то, лишь для организаций. Одновременно поступает информация от начальника операционного отдела сочинского филиала. Информация касается комплекта документов, который является обязательным для всех филиалов Банка Москвы. Угадаете, что самое интересное? Верно, в списке отсутствует вышеупомянутое письмо Госкомстата! Решив сэкономить время на поездку, звоню в банк, рассчитывая обрадовать сотрудников информацией о проблеме, нашедшей свое решение. [B]Глава 2. Новые надежды.[/B] Стоит ли упоминать, что мое радостное настроение никто в банке не спешил разделить. Подробно изложив полученную мной информацию, ожидаю реакции со стороны банковских работников (общение происходит с Юлией Дмитриевной). После непродолжительного (минут 5, не более) ожидания слышу в трубке: «счет мы вам открывать не будем». Задаю вопрос: «На каком основании отказано?» Ответ: «Без основания». Ситуация явно не стремится к разрешению. Прошу все-таки дать мне ответ, по какой причине сотрудники банка ведут себя таким образом? В ответ получаю заявление, которое, без преувеличения, производит эффект разорвавшейся бомбы: «ЧТО ВЫ ОТ МЕНЯ ХОТИТЕ, Я ЧЕЛОВЕК ПОДНЕВОЛЬНЫЙ»… Ну что я мог сказать в этот момент? Первое что пришло в голову: «Позовите вашего хозяина». Не сдержался, самому не удобно. Следующие несколько минут прошли в излиянии обид с одной стороны («почему вы меня оскорбляете, какой такой хозяин…и т.п.») и попыток объяснения с другой («если ставите себя в положение раба, то не стоит удивляться, что спросят и о хозяине»). Как водится, ни к чему подобный разговор не привел, и мне пришлось запросить фамилии и должности всех тех, с кем я имел удовольствие общаться. Естественно, я предупредил госпожу Саар, что эта информация необходима мне для составления жалобы, которую я собирался направить в центральный офис Банка Москвы с целью выяснить, почему применяются разные процедуры открытия счетов в филиалах. Юлия Дмитриевна взяла очередной таймаут, и через несколько минут все изменилось, как по мановению волшебной палочки. К телефону подошла лично начальник операционного отдела Зорина Галина Александровна, попросила кратко изложить ситуацию и обещала разобраться и перезвонить в ближайшее время. Надо отдать должное, слово свое она сдержала, и через 30 минут позвонила и предложила подъехать на следующий день, обещая решить вопрос с открытием счета положительно. На следующее утро я был в банке, произнес пароль «в юрлиц», оставляя невысказанным желание охранника выслушать меня, и прошел к столу госпожи Зориной. Встреча заняла не более 5 минут, в течение которых мне объяснили, что да, на самом деле, список документов для открытия счета в Санкт-Петербургском филиале давно не обновлялся (!) и наличие письма Госкомстата уже не является обязательным условием для открытия расчетного счета (о чем, собственно, я уже несколько дней назад узнал и более того, предлагал сотрудникам банка выяснить истину, связавшись либо с головным офисом, либо с сочинским филиалом). Итак, спустя всего лишь пару недель с момента первого обращения, процесс открытия счета должен был стартовать. [B]Глава 3. Банк наносит ответный удар.[/B] Но радость была преждевременной… Первым признаком того, что приключения не окончены, была реакция госпожи Васильевой на мое появление в банке через несколько дней. Только взглянув на документы, она процедила (именно так!): «А, это вы у нас из Сочи…», из чего я понял, что легко не будет. И не ошибся. Был послан обратно в направлении Юлии Дмитриевны, где и предъявил комплект документов, собранный и подписанный с моей стороны. Проверив документы, Юлия Дмитриевна выразила желание получить копии нескольких бумаг, которых не было в списке. На мой вопрос, как выйти из сложившейся ситуации, она, не смущаясь, показала на стоящий возле стены копир и предложила мне самому заняться изготовлением копий, потому что ей «некогда». Имея опыт работы с копировальной техникой, я с энтузиазмом набросился на железного монстра и после непродолжительного скрежета получил пачку теплых копий. В процессе борьбы мелькнула мысль, а если бы вместо меня был человек, не знакомый с работой современной оргтехники, тогда что? Сидеть и ждать, пока сотрудник соблаговолит помочь? Копии меня попросили заверить личной печатью и подписями. И снова перемещение к столу заместителя начальника операционного отдела. И снова выслушивание вопроса о письме из Госкомстата. Но на это раз, после моих объяснений касательно данного документа и его роли в структуре документов, необходимых для открытия расчетного счета для индивидуального предпринимателя, в ответ раздается: «Это все вранье!» и «да это просто бред…». Подобные заявления позволяет себе заместитель начальника операционного отдела. Ну что можно ответить, услышав подобное? Лично мне ничего и в голову не пришло. Доброй госпожи Зориной не было, ушла в отпуск. Поэтому я молча выслушал очередную претензию, на сей раз касающуюся моей временной регистрации в Санкт-Петербурге. Чем-то она не понравилась госпоже Васильевой, а чем, она мне объяснить не смогла, просто сказала, что результат по моему заявлению на открытие будет известен через 3 дня, на чем мы и расстались. Прошло 3 дня. Звонок в банк принес нерадостную весть. «В открытии счета отказано сотрудниками отдела экономической безопасности банка», радостно сообщает Юлия Дмитриевна. Попытка лично встретиться с представителем данного отдела успехом не увенчалась. Удалось лишь созвониться по телефону с господином Самойленко Юрием Алексеевичем. Он заявил: «Вы, мол подписывали договор с банком, а в нем есть строка о праве банка на отказ в открытии счета без объяснения причин». Иных объяснений господин Самойленко дать не пожелал, несмотря на то, что я пытался объяснить, что договор, подписанный в одностороннем порядке, не имеет полной юридической силы. Разговор с господином Самойленко оставил впечатление, что угроза экономической безопасности Банку Москвы с моей стороны столь велика, что во избежание банкротства последнего я спешно повесил трубку. Была сделана попытка выяснить юридическое основание для отказа, но, увы, начальник юридического отдела Кузнецова Елена Валерьевна также отказалась предоставить какую-либо информацию по данному вопросу. Ладно, теперь необходимо забрать документы, которые согласно списку были в банк предоставлены. И тут – очередной сюрприз. Возвращают не все документы, а только копии лицензий и выписку из ЕГР. Остальные же, включая договора, с моими печатью и подписью, карточка с образцом печати и подписью, копия паспорта возвращать отказываются. Разумеется, я прошу вернуть ВСЕ документы, где есть мои печать и подпись, и в ответ получаю заявление, что эти документы (внимание!) являются собственностью банка! Прошу показать документ, регламентирующий подобную процедуру, после чего госпожа Васильева (привет, Чак!) заявляет мне: «Эти документы хранятся у нас на тот случай, если вы решите жаловаться директору, и нам понадобится подтверждение, что мы поступили правильно»… Что оставалось делать?.. Отправиться в приемную директора в поисках справедливости и ответов на вопросы. Директор (Лавров Павел Викторович) отсутствовал, и мне было предложено обратиться к заместителю – господину Волкову Александру Сергеевичу, которого, впрочем, тоже на месте не оказалось. Кстати, имел место забавный инцидент. Для того чтобы подняться на 3 этаж банка, к приемной директора, мне понадобилось ждать охранника. Без охраны подъем на лифте строго воспрещен. Но, сопроводив меня до приемной, и обнаружив отсутствие директора, охранник спокойно предложил подождать в кресле, а сам отправился восвояси. Я посидел, подождал, вскоре снова появился охранник и пригласил меня в другой кабинет, по выходу из которого я волен был бродить по всему этажу беспрепятственно. При наличии злого умысла…ну вы понимаете, странная, в общем, система безопасности, даже документов никто не спросил, разве что выслушать предложили, а мне, как назло, не в чем исповедоваться было и настучать не на кого. Перезвонив позднее господину Волкову, я получил предложение позвонить минут через 15, поскольку шло важное совещание. Оно, впрочем, продолжалось гораздо дольше. Так что, устав перезванивать, я решил попытать счастья через неделю, поскольку все равно придется наведаться в банк еще раз. Немного в сторону. Очень жаль ИТ-персонал банка. Очевидно, что отдел недофинансируется, для этого достаточно взглянуть на состояние локальной сети в операционном отделе. Я думал, что в банках такого уже и не бывает… [B]Эпилог. Сухой остаток, или бросим на весы[/B] Дочитавший спросит: «А результат?.. Где результат-то?» Ну, прошатался без толку почти месяц, время потратил, нервы…Чего добился? Результат достигнут другим путем и с другим банком, в котором совершенно без проблем данный вопрос решен. Более того, мне было предложено решение, которое самому бы, наверное, и в голову не пришло. Персонал здравомыслящий и склонный к поиску конструктивных решений. А что до Банка Москвы… Есть позитив и негатив, притом с обеих сторон, и моей и банковской. На мой взгляд, свести можно к короткому списку: С моей стороны: Позитив 1) долготерпение; 2) поиск конструктивного решения проблемы; 3) выполнение всех рекомендаций и указаний работников банка. Негатив 1) проявление несдержанности в ответ на заявление сотрудницы банка «о подневольности», допустил некорректное замечание, впрочем, не личного характера, как следует из контекста. Со стороны Банка Москвы: Позитив 1) желание единственного сотрудника (нач.операционного отдела) помочь в решении проблемы Негатив 1) отсутствие желания выполнять свои обязанности у работников Банка Москвы (филиал СПб); 2) откровенно хамские высказывания, допущенные сотрудником Банка Москвы (Васильева Светлана Анатольевна) в адрес клиента; 3) отказ вернуть документы с подписью и печатью клиента, несмотря на то, что счет банком не открыт; 4) нежелание сотрудника банка самостоятельно выполнять рутинные операции, связанные с обработкой документов (изготовление копий); 5) значительные временные затраты, вследствие несогласованности действий работников Банка Москвы (филиал СПб); 6) финансовые затраты, связанные с необходимостью проведения междугородных телефонных переговоров, для получения информации, которую сотрудники Банка Москвы могли без труда получить самостоятельно. Негатив, очевидно, перевешивает, и намного, все то немногое позитивное, что в этой истории происходило. Осталось непонятым, чем открытие счета ИП экономически угрожает Банку Москвы? Поступлением денег на расчетный счет?.. А при чем тут самурай, может спросить человек, вспомнивший заголовок отзыва? Все просто – начиная с определенного момента, не оставляло ощущение, что моя лояльность к Банку Москвы проходит жестокое испытание и, чтобы доказать свою преданность, мне необходимо ни много ни мало совершить сеппуку…ну или его экономический аналог. Я же, оставив подобный выбор сотрудникам банка, предпочел прекратить поддерживать финансовые отношения с данным учреждением.